Закрыть ... [X]

Связаны одной цепью фото

«АиФ.ru эксклюзивно публикует отрывок из еще не вышедшей книги «Космос как воспоминание. Полвека с Ильёй Кормильцевым».

Выступление рок-группы «Наутилус Помпилиус», 1988 г.

Выступление рок-группы «Наутилус Помпилиус», 1988 г. © / Игорь Михалев / РИА Новости

4 февраля исполняется 10 лет со дня смерти поэта, переводчика, автора текстов «Наутилус Помпилиус» «Урфин Джюс», Насти Полевой и других звёзд уральского рока Ильи Кормильцева. АиФ.ru публикует фрагменты книги летописца русского рока, журналиста Александра Кушнира «Космос как воспоминание. Полвека с Ильёй Кормильцевым», которая выйдет осенью этого года.

«Рождение альбома «Невидимка», как часто бывает в искусстве, произошло не благодаря обстоятельствам, а вопреки им. Возможностей репетировать новую программу у Вячеслава Бутусова с Дмитрием Умецким по-прежнему не было, и у обоих продолжалась нешуточная депрессия. «Наутилус» переживал очередной «расцвет упадка» и почти на год впал в латентное состояние. С поразительным упорством музыканты продолжали искать утешение в вине. Искали утром, искали днем, искали вечером. Свой новый альбом любимцы архитектурного института планировали назвать «Всё» или «Последний». И это было, по крайней мере, честно и органично.

Музыканты бродили по городу вечно похмельные, зависая на квартире своего приятеля — молодого кинорежиссера Леши Балабанова. Им было плохо, и они этого не скрывали. В какой-то момент страшно поссорились, поскольку стало казаться, что вся жизнь прошла мимо. Это была типичная рефлексия из серии «нам уже 23 года, а мы еще ничего не сделали!»

«Год начался какой-то безумный, полный ерунды, семей и маразма, — признавался потом Дима Умецкий. — Дурь продолжалась долго, лето вообще вспоминать страшно: пьянь, рвань и все подобное. Но материал уже работался».

По-видимому, причин последующего ренессанса «Наутилуса» оказалось несколько. Одной из них стал неожиданный для Свердловска альянс с Ильёй Кормильцевым. После того, как портастудия Ильи перекочевала к Бутусову, в его мировоззрении начала происходить переоценка ценностей. Новые силы Славе придавала поддержка друзей, бывших студентов архитектурного института Саши Коротича, Андрея Макарова, Ильдара Зиганшина и Димы Воробьева.

Илья Кормильцев. Илья Кормильцев. Фото: www.globallookpress.com

Еще одним источником вдохновения оказалась для Бутусова поездка на очередной ленинградский рок-фестиваль, откуда он вернулся с горящими глазами.

«Я приехал из Питера немного шокированный, — вспоминает вокалист «Наутилуса». — Для меня ленинградский рок стал потрясением и чем-то гипнотизирующим, я получил от него огромный заряд энергии. У меня крыша съехала, когда в Питере на меня сыпали десятками незнакомых названий, и я сразу понял, что мы безнадежно пропали. Основной упор на Урале тогда делался на группы хард-рока. Поэтому после поездки в Ленинград мы просто хватали без разбора все диски, которые были достаточно свежими. Почти каждая вторая запись была в стилистике «новой волны».

Жить по-старому теперь было нельзя.

Солист группы «Наутилус Помпилиус» Вячеслав Бутусов, 1987 г. Солист группы «Наутилус Помпилиус» Вячеслав Бутусов, 1987 г. Фото: www.globallookpress.com

Бутусов с Умецким, наэлектризованные новыми впечатлениями, сразу поняли, в какую сторону им надо грести. Они решили похерить пагубную идею записи нового альбома вдвоем, и пригласили, как им тогда казалось, сессионного пианиста.

В роли клавишника друзьям теперь виделся их старый приятель по архитектурному институту Виктор Комаров по прозвищу «Пифа», добивавший себя в грустной конторе под названием «Главснаб». Буквально за неделю он отрепетировал все партии, а его любимой поговоркой стала фраза «нот не знаем, технички Роберт», смысл которой никто не понимал, отчего настроение внутри компании поднималось до недосягаемых высот.

В отличие от «Переезда» свежий материал «Наутилуса» «покоился» на трех китах: увлечение акустическим Led Zeppelin, энергетикой ленинградских групп и стилистикой The Police, альбом которых «Synhronicity» Слава услышал несколько месяцев назад. Соответственно, большинство песен получались эклектичными: несколько нововолновых рок-н-роллов, босса-нова, пара мистических рок-композиций.

Кроме того, Бутусов с Умецким уже несколько месяцев изучали подаренную Кормильцевым папку стихов. Спустя какое-то время молодые архитекторы «запали» на странную лирическую зарисовку «Кто я?». Рифма в ней отсутствовала, как класс, зато присутствовало ощущение шизового психоделического «трипа», описывавшего моральный вакуум на порядок глубже большинства отечественных аналогов того времени: «Я отрезаю от себя части, леплю из них сержантов внешней разведки/Посылаю их выполнять прокладку коммуникаций/Они не возвращаются/Никогда, никогда, никогда...»

Двухкомнатная квартира Димы Воробьева была ловко переоборудована в студию. Клавиши, микрофоны, портастудия и вся остальная аппаратура находились в гостиной комнате. Кухня была превращена в дискуссионный клуб и распивочную. Еды практически не было, как, впрочем, и не было возможности покупать ее.

«Выходить из студии нам было некогда, поскольку все происходило «нон-стопом», — вспоминает звукорежиссер Леонид Порохня. — Когда, сильно проголодавшись, мы с Тариком поинтересовались у Умецкого, нет ли чего поесть, он радостно извлек из-под кухонного стола ящик портвейна. Как справедливо заметил Кормильцев, «спецпитание за спецвредность».

Вячеслав Бутусов, 1987 г. Вячеслав Бутусов, 1987 г. Фото: www.globallookpress.com

Сессия начиналась глубокой ночью, вскоре после того, как вся необходимая аппаратура была собрана, а соседи, которым утром надо было пилить на условный «Уралмаш», спали глубоким сном.

Три архитектора записывались азартно и дымно, без шума, пыли и без «живых» барабанов. Ритм держался с помощью наивного ритм-бокса, упрощая и без того аскетичные аранжировки до минимума.

Ближе к финалу эпицентр жизни в «веселой квартирке» стал плавно перемещаться из «студии» в «закусочную». Началась весна. С лыжной прогулки вернулся Дима Воробьев с женой. Увидел заваленную пустыми бутылками квартиру, но ругаться не стал. Взяв кинокамеру, будущий директор ТПО художественных фильмов свердловской киностудии отснял на 8-миллиметровую пленку фрагменты последних дней работы. Теоретически этот артефакт сохранился где-то на антресолях московской квартиры Умецкого. По свидетельству его супруги Алены Аникиной, «они там сидят в шерстяных носках по колено и что-то мычат. Ужасно смешно».

Отмечать завершение недоделанного альбома вся компания начала, еще не успев записать «Гудбай, Америка». По воспоминаниям музыкантов, первоначально эту композицию включать в «Невидимку» вообще не планировалось.

«У Ильи была склонность к балладным вещам типа Боба Дилана и раннего Боуи, — вспоминает Слава Бутусов. — Он легко выдавал огромные баллады из семнадцати куплетов вроде песни “Когти”, с которыми я просто не знал, что делать... В этой ситуации Кормильцев подкинул нам текст “Кто я?”, который всем понравился, но слова упорно не ложились на музыкальную заготовку. Я пытался произнести их речитативом, но получалось настолько занудно, что было решено — текст куплетов будет наговаривать Пифа Комаров».

В итоге «Кто я?» записывался следующим образом. Стояла глубокая ночь и в соседних квартирах спали мирные люди. Злобным голосом, пропущенным через ревербератор, Пифа мрачно вещал: «Школы, школки, университеты...»

Для того, чтобы записать припев, Бутусова уложили на кровать, дали в руки микрофон «Shurе» и для лучшей звукоизоляции накрыли двумя одеялами. Сверху «для верности» был положен полосатый матрас. Находясь под этой спальной пирамидой, Бутусов что есть мочи ужасно орал в микрофон: «Где я? Кто я? Куда я? Куда?». А затем вылезал — весь красный и потный — и начинал глотать воздух.

«Вопрос профессионализма тогда не стоял вообще, — улыбается Бутусов. — Это был совершенно неуправляемый процесс. Если рассматривать те события с точки зрения техники, акустики и элементарной логики, то всё выглядело, как полный абсурд».

Вячеслав Бутусов, 1996 г. Вячеслав Бутусов, 1996 г. Фото: РИА Новости/ Игорь Михалев

Вся работа над «Невидимкой» была завершена утром 8 марта 1985 года. Чтобы не пропустить семейный праздник, музыканты быстро демонтировали аппаратуру и отправились по домам. О подарках в тот момент никто даже и не думал. Ни денег, ни времени, ни душевных сил на это уже не было.

«Я помню, как тщетно пытался провести дома параллели между “Невидимкой” и Международным женским праздником, — говорит Слава Бутусов. — Без особых успехов я доказывал жене, что альбом посвящается ей — что, с моей точки зрения, должно было послужить оправданием, почему я в течение нескольких недель не появлялся в семье».

Музыканты «Наутилуса» вернулись домой, словно с войны — заросшие и небритые, с мощным запахом мужского общежития и портвейна. Они пока не понимали, что именно им удалось сделать. В свою очередь, прослушав записанный на кассету набор новых песен, Кормильцев не на шутку вдохновился.

Солист группы «Наутилус Помпилиус» Вячеслав Бутусов. Солист группы «Наутилус Помпилиус» Вячеслав Бутусов. Фото: РИА Новости/ Марина Коробкова

Маститого поэта совершенно не смущало, что его авторству здесь принадлежал только один текст. Его радовало другое: треки с «Невидимки» оказались настолько далеки от своих стилистических аналогов, что в итоге получались чудо, как хороши. Сыграть так криво в сравнении с оригиналом, наверное, не смогла ни одна рок-группа в мире. И парадоксальным образом эта кривизна не убивала первоначальную идею, а создавала абсолютно новую.

И тогда Кормильцев задумался об идентификации стиля и названия группы. Он уже знал, что в Москве существует проект «Наутилус», поэтому во избежание путаницы придумал изящный выход из ситуации. Порывшись в энциклопедиях, Илья предложил изменить название на «Наутилус Помпилиус» — по имени своеобразно размножающегося моллюска, который отрезал от себя членики с плодотворящей жидкостью. К тому же в песне «Кто я?» были слова «я отрезаю от себя части», и этот факт показался ему весьма символичным.

Так в марте 1985 года «Наутилус» стал «Помпилиусом».

P.S. В Москве пройдёт серия акций, посвящённых 10-летию ухода Ильи Кормильцева. 2 февраля в 19.30 в Центральном доме актёра (Арбат, 35, м. Смоленская) вдова поэта, певица, композитор и педагог Алеся Маньковская сыграет моноспектакль «Тюремный психолог».

3 февраля 19.00 в Центре документального кино (Зубовский б-р, 2, м. Парк Культуры) журналист Александр Кушнир прочтёт лекцию о Кормильцеве, куда войдут малоизвестные факты о свердловском периоде деятельности поэта в 80-х, о его участии в продюсировании «Наутилуса» 90-х годов, о создании радикального книжного издательства «Ультра.Культура» и о последних месяцах жизни в Лондоне.

4 февраля в клубе «Шаги» (Переведеновский пер., 18, стр.6, м. Бауманская) состоится концерт, в котором примут участие соратники Кормильцева — Алексей Могилевский, Олег Сакмаров и «Сакмаров-бэнд», Саша Самойленко & TOMAS band, Вис Виталис, группа «Чужие», поэты Всеволод Емелин и Андрей Родионов, а также группы, в репертуаре которых есть необычные композиции на стихи Кормильцева — Shoo и Hermes’Brothers. Кроме того, ожидается вступление музыкантов легендарной группы «Урфин Джюс».

Подписка

Также вам может быть интересно

Читайте другие материалы рубрики «Книги»

Оставить комментарий Комментарии (0) Все комментарии
Источник: http://www.aif.ru/culture/book/skovannye_odnoy_cepyu_kak_rozhdalsya_luchshiy_albom_nautilus_pompilius


Поделись с друзьями



Рекомендуем посмотреть ещё:



Скованные одной цепью Википедия Логотип вязания на спицах

Связаны одной цепью фото Связаны одной цепью фото Связаны одной цепью фото Связаны одной цепью фото Связаны одной цепью фото Связаны одной цепью фото Связаны одной цепью фото Связаны одной цепью фото Связаны одной цепью фото

ШОКИРУЮЩИЕ НОВОСТИ